Альбому группы «Мумий Тролль» МОРСКАЯ – 20 лет
Как альбом группы из Владивостока стал манифестом новой волны рок-музыки в России
24 апреля 2017 года исполняется 20 лет с выхода первого студийного альбома группы «Мумий Тролль» – МОРСКАЯ. Несмотря на долгий и сложный путь песен Ильи Лагутенко к популярности, в год релиза этот альбом стал самым продаваемым на музыкальном рынке России. Волна «мумиймании» захлестнула страну.

Сложно поверить, что такой альбом записали школьные друзья из Владивостока, которые просто хотели воплотить свои детские мечты. Как записывался альбом и что значил его выход для приморцев, ИА PrimaMedia решило вспомнить вместе с участниками событий.
Парочка простых и молодых ребят
Состав группы начал формироваться еще в далеких 1970-х годах во Владивостоке, когда ее ключевой участник Илья Лагутенко был обычным школьником. Тогда несколько подростков – соседей по лестничной площадке – решили сколотить свою рок-группу, которая получила название Boney-P. Ребята пели англоязычные песни, написанные Ильей.
Группа «Шок», 1983 год (из архива Леонида Бурлакова)
В 1982 году он знакомится с Леонидом Бурлаковым, с подачи которого группу переименовывают в «Шок», а репертуар меняют на русскоязычный. В коллектив приходят гитаристы Альберт Краснов и Владимир Луценко. В 1983 году группа меняет название на «Муми Тролль» («й» появилось позднее). На первых порах Бурлаков пытается исполнять роль музыканта, но в итоге становится автором некоторых песен.

Через какое-то время (по разным оценкам, в период 1984-1985 годов) группа записывает свой первый альбом – «Новая луна апреля», который получает определенный успех в Приморье. Некоторые композиции попадают в другие города России на кассетах и даже выходят за пределы страны по радиоволнам.
Рассказывает директор объединенной библиотечной сети Владивостока, гитарист групп «Листья травы» и «Туманный стон» Сергей Соловьев:

– Когда я впервые услышал «Мумий Тролля», я был школьником средних классов, это 1990-е годы. Не сказал бы, что до МОРСКОЙ они были мегапопулярны, тогда молодежь, на мой взгляд, больше слушала группу «Депеша», которая просто «укладывала в хлам» публику своим альбомом «Русская любовь». А «МТ», хоть и входили в авангард самых популярных групп, скорее были вторым номером.

В 1989 году во Владивостоке на средства профкома ДВВИМУ Леонидом Бурлаковым была организована студия «Декада». В подвале общежития работников училища на Верхнепортовой, 44 свои первые альбомы записали местные группы «Депеша», «Третья стража», «Листья травы», «Опиум». Здесь же в 1990 году вышел второй альбом «МТ» «Делай Ю!Ю!», который публика приняла не так хорошо, как первый.
Вход в студию «Декада» (из архива Леонида Бурлакова)
Роман Самоваров, сооснователь музыкального магазина CD-Land и друг группы:

– «Мумий Тролль» я услышал году в 1985-м, когда был студентом. Я оказался в одной группе с Павлом Бабием – другом Ильи и участником Boney-P, через него и познакомился с Лагутенко и другими. Нас объединило увлечение музыкой. Для меня было удивительно узнать, что во Владивостоке есть такой нестандартный коллектив, который еще и что-то записывает. Если все тогда «терзали» струны, то «МТ» где-то нашли драм-машинку, которая отстукивала ритм, и накладывали на него примитивные клавиши, что звучало очень необычно.

Неуспех альбома «Делай Ю!Ю!» Роман объясняет тем, что запись вышла не в «свое» время. Важную роль сыграло и то, что пластинку как следует не рекламировали - до «перестройки» промоушена не было.
Эта работа была музыкально и по текстам гораздо взрослее и глубже, чем первые песни группы. Возможно, слушатель в те сумасшедшие времена просто был не очень готов к такому повороту событий.
Роман Самоваров
сооснователь CD-Land и друг группы
Журналист и музыкальный продюсер Александр Кушнир в своей книге «Правда о Мумиях и Троллях» описывал реакцию на альбом так:

«Все ждали от группы еще один «Аллоу, попс!», а получили хиты о совокуплениях и надрывные композиции типа «Мальчик-солдат (потерявший глаза)». Подобные песни местная рок-общественность не принимала и принимать не хотела. Ей были ближе «Аквариум», Pink Floyd и Ник Рок-н-Ролл. Вызывающе-эротическая лирика («подполковник, ложись, снимай штаны») и шокирующие образы («старушка-лесбиянка влезает в чужую постель») выглядели дикими и надуманными».

Такой прием альбома подкосил дух музыкантов, взрослая жизнь отодвинула грезы о популярной рок-группе на второй план, а стержень коллектива – Илья Лагутенко – уехал работать в Китай. Казалось, в истории «Мумий Тролля» поставлена точка.
Мечты и реальность
В непростые 1990-е годы ребята из рок-группы разъехались кто куда, многие ушли в море. Окончив университет, Илья Лагутенко то уезжал в Китай, то пытался найти работу во Владивостоке, предлагал услуги переводчика в появившихся инвестиционных компаниях.

Наконец он устроился в фирму, у которой была потребность в постоянном представителе в Лондоне, и Лагутенко вызвался на эту роль. Как часто бывало в те годы, компания оказалась не в состоянии вести свои дела за границей и прекратила деятельность в Англии. А Илья остался.
Прошло несколько лет, 24 апреля 1995 года во Владивостоке появляется еще одно знаковое для местных музыкантов и любителей музыки место – магазин CD-Land, основанный Леонидом Бурлаковым, Кириллом Бабием (Boney-P) и Романом Самоваровым. Друзья взяли идею, которая витала в воздухе, и решили продавать компакт-диски и кассеты. В дальнейшем часть дохода предприятия пошла на запись МОРСКОЙ.

Буквально через пару месяцев после открытия магазина Леонид Бурлаков перебирается в Москву, чтобы поставлять оттуда пластинки во Владивосток. Рассказывает Роман Самоваров:

- Приходилось каждые две недели летать, это было не очень комфортно и невыгодно экономически. Туда уехал Бурлаков и около полугода занимался поставками, чем обеспечивал бурное развитие нашего магазина: мы продавали все новые релизы чуть ли не в один день со всем миром. Идея с «Мумий Троллем» Леню до конца никогда не отпускала. У него всегда был дар видеть перспективу артиста. Произошло стечение обстоятельств, как это часто бывает. Лагутенко по каким-то своим делам прилетел на пару дней в Москву. Естественно, они с Бурлаковым встретились, как старые друзья, и тот предложил Илье возродить проект.

Леонид Бурлаков:

– Яблоко эволюции стукнуло меня под новый 1996-й год. Ко мне подошли парни, назвались группой «Старый приятель» и робко предложили купить их первую пластинку за пять долларов. Выкупил три штуки, взял автограф, при этом подумал: «Они записали, а «Мумий Тролль»?

Так, в 1996 году было решено прервать затянувшуюся паузу и наконец-то записать настоящий альбом в Лондоне. Вторая часть группы – Владимир Луценко и Альберт Краснов – по-прежнему жили во Владивостоке. Луценко строил карьеру ведущего инженера и от авантюры ехать в Англию, чтобы осуществлять детские мечты, отказался. С большим скепсисом в Великобританию отправился и Краснов. Пожалуй, оптимистом оставался лишь Бурлаков.

Роман Самоваров:

– Сама идея записи альбома в Лондоне возникла не потому, что это было модно или круто. Выходило немного дешевле, чем в России, ну или точно не дороже. И была уверенность, что результат будет качественным. К тому же это удобно: можно арендовать студию и найти на месте музыкантов, чтобы не везти их из России.

Сессионный состав музыкантов сформировался из числа тех, кто имел опыт студийной работы. В итоге в записи альбома приняли участие Илья Лагутенко (вокал), Мэтт Бодди (ударные), Али Маас (женский вокал), Род Блэйк (гитара), Игорь Тимофеев (бас-гитара), Саймон Хагиаг (перкуссия), Фрэнк Уильямс (саксофон), Марк Комонько (скрипка) и Юрий Степанов-Брегвадзе (вокал, клавишные). Аранжировщиком выступил Альберт Краснов, звукорежиссером - Крис Бэнди.
Было много острых моментов, когда мне приходилось даже «давить» на Илью. Помню серьезный разговор перед записью МОРСКОЙ в начале августа 1996-го: он настаивал на саунде и стилистике в духе Morrissey. Тогда я сказал, что готов на любой его эксперимент, но следующая возможность с деньгами будет у меня лет через 10. Это его убедило.
Леонид Бурлаков
автор части ранних текстов «МТ», продюсер альбома «Морская»
Отрывок из будущей книги «Хроники Мумии Папы, или Интуитивная история одной музыкальной группы» (автор Леонид Бурлаков):

«Крис Бенди обладает исключительным слухом и спокойствием. Его «One more plz» сводило с ума нас, потом Земфиру, а потом, с моей подачи, и Диану Арбенину. МОРСКУЮ писали «дедовским» способом, без компьютеров, автотьюнов. Микрофон, компрессор, пульт, пленка. Единственной хитростью было остановить вокалиста и попросить спеть неудачный момент еще раз. В песне «Девочка» их 34. Мы волновались, так как понимали, что в «Девочку» слушатели обязательно влюбятся. Крис после сессии, выучив по транскрипции слова, обязательно начинал петь ее, как только оказывался в очередном пабе».
Обязательной присказкой к рассказам о записи альбома давно стала история создания обложки МОРСКОЙ: изначально оформление включало девушку, стоящую на коленях с высунутым языком, а в ее тело по волнам влетал серфингист. Но это был слишком смелый вариант, поэтому альбом украсили черная сковорода, синий дуршлаг и торчащие из него синие нити.
Выход в звук
Когда альбом был записан, возникла необходимость его продвижения. Первой серьезной заявкой о себе и МОРСКОЙ стал эфир передачи «Севаоборот» Севы Новгородцева 7 сентября 1996 года. Легендарный радиоведущий Русской службы BBC отметил тогда, дальневосточные юношеские мечты ребят осуществились в 180° по земной окружности от Владивостока.

– Разговорная передача «Севаоборот» выходила каждую субботу, – рассказывает Всеволод Борисович. – И каждую субботу для передачи надо было найти интересного человека, для этого я раскидывал невод и сети широко. Когда я узнал, что в Лондоне находится некий молодой человек с Дальнего Востока, который говорит по-китайски, играл в поп-группе и сейчас является консультантом в каком-то китайском предприятии, для меня это была колоссальная находка.

Илья тогда пришел вместе с Бурлаковым. Тот, помня его заслуги на «поп-поприще» и веря в него, собрал какую-то сумму денег (кажется, тысяч 20 долларов) и сказал, что на эти средства хотел бы пластинку записать. Ко мне они пришли не с пустыми руками, а со сведенными демозаписями. Илья, конечно, как человек, умеющий шаманить и завораживать людей, мгновенно нас в свои сети мягким кошачьим голосом заманил.

Илья знал китайскую культуру и китайскую историю, и, хоть это никак не отразилось непосредственно на стихах, которые он писал, видно было, что человек похож на айсберг – одна часть торчит, а девять частей под водой. В его поэзии было застрочное пространство, как я говорю: нехитрые на вид стихи несли какую-то умственную, философскую, а главное – эмоциональную нагрузку. Это и зацепило.
Сева Новгородцев
радиоведущий Русской службы BBC c 1977 по 2015 годы
После эфира мы с Ильей периодически встречались, были знакомы семьями, моя приемная дочь Настя в 15-16 лет была влюблена в «Мумий Тролля».
Только через полгода после эфира в «Севаобороте» песни с МОРСКОЙ начали звучать на российских радиостанциях («Радио Maximum» (Москва) и NewWave (Владивосток)), до этого группе в ротации отказывали.

Отрывок из будущей книги «Хроники Мумии Папы, или Интуитивная история одной музыкальной группы» (автор Леонид Бурлаков):

«У меня до сих пор хранится список людей – телевидение, радио и прочие, которые и по сей день «с новыми русскими именами не работают». На «Радио Maximum» Виталий Старых попытался показать программному директору группу из Владивостока, но получил недвусмысленный отказ. Только Коля Табашников сжалился и рассказал о нас еще в октябре 1996 года в своих новостях на ТВ6: «Школьные друзья из Владивостока записали свой первый альбом в Лондоне».

Тогда я вспомнил, что MC Hammer, когда пробивался, записал 10 тысяч кассет и рассылал их по случайным адресам с просьбой позвонить на радиостанции и попросить поставить его песни. На 1,5 тысячи долларов я заказал отдельно записать 5 тысяч кассет, 5 тысяч прозрачных коробок и 5 тысяч ч/б вкладышей, где были даны телефоны всех известных мне радиостанций и мобильные телефоны программных директоров. Дарил людям на улице и, как бонус, всем, кто покупал у меня на «Горбушке» (ДК им. Горбунова в Москве – прим. ред.) компакт-диски.

Везде был отказ. Слушали на худсовете студии «Союз», слушали на тогдашнем «Полиграмме» и прочитали краткий музликбез: есть рок-музыка, есть поп-музыка, есть панк-рок. А это что такое?».
МОРСКУЮ группа предлагала издать всем существовавшим на тот момент в стране звукозаписывающим компаниям, но из-за неформатности песен интерес к альбому проявили лишь две: Артемия Троицкого и Александра Шульгина.

Второй сделал музыкантам заманчивое предложение – помимо прочего дать в долг денег на запись двух клипов. Так в конце 1996 года «Мумий Тролль» заключили контракт с Becar Records (Rec Records), вышел альбом 24 апреля 1997 года.

В 1998 звукозаписывающая компания Александра Шульгина закрылась из-за экономического кризиса. Альбом переиздавался дважды, в 1998 и 1999 годах, но денег музыканты так и не увидели - спрашивать дивиденды было не с кого.

Так или иначе, альбом был издан. Первым музыкальным магазином, начавшим продажу «свежеиспеченных» кассет и компакт-дисков с МОРСКОЙ, стал CD-Land, который перед релизом тоже развернул кампанию по продвижению альбома во Владивостоке.
Что выход МОРСКОЙ значил для приморцев
Для тех, кто знал и слышал группу до 24 апреля 1997 года, релиз альбома стал поводом взглянуть на «МТ» по-новому.

– МОРСКАЯ появилась неожиданно и стремительно, громко и ярко. Это был шок, колокол. А для города со взрывающимися машинами и бандитами это был очень позитивный, классный и безоговорочный повод для гордости, – вспоминает Сергей Соловьев.

Шоком и колоколом альбом стал не только для приморцев, но и для всех россиян, хоть сколько-то интересующихся современной музыкой. Но в отличие от жителей Приморья, страна знала новый яркий коллектив только заочно. Возникла потребность живых концертов. В конце мая 1997 года «Мумий Тролль» (Илья Лагутенко, Альберт Краснов, Леонид Бурлаков) возвращаются во Владивосток, чтобы набрать музыкантов для тура по региону.

Ближе к началу концертов в город приезжает чудом согласившийся на эту авантюру Род Блэйк, бас-гитаристом становится Евгений Звиденный из группы «Туманный стон» (и играет в «МТ» до 2016 года), необычности звучанию добавляет саксофон Юрия Логачева. Настоящей находкой для «Мумий Тролля» становится барабанщик Олег Пунгин, который является участником группы по сей день. Прекрасно вписалась в коллектив тогда и молодая вокалистка Олеся Ляшенко, которая пришла на одну из репетиций группы и попросила взять ее на бэк-вокал.

Всего «Мумий Тролль» дал порядка пяти концертов во Владивостоке и Уссурийске. Как пишет Александр Кушнир, концовки всех выступлений были похожи друг на друга, как близнецы:

«Бушующие залы Приморья являли собой живую копию с картины Айвазовского «Девятый вал». Степень восторженности публики могла сравниться раз-ве что с массовыми истериками, которые старожилы сопок Маньчжурии помнили еще со времен концертов «Алисы», «Звуков Му» и «Телевизора».

Редактор PrimaMedia Город Илья Табаченко:

– Впервые услышал песни «МТ» даже не на альбоме – на пиратском музыкальном сборнике «Союз». На аудиокассете были дописаны четыре песни – по две с каждой стороны: «Кот кота», «Утекай», «Девочка» и «Владивосток-2000». И я даже не знал название группы. Но через месяц узнал... Песни были сделаны в настолько непривычной для русскоязычных исполнителей стилистике (как музыкально, так и вокально), что сразу же очень прочно вклинивались в мозг. МОРСКАЯ основательно встряхнула всю музыкальную индустрию страны и очень оживила местную рок-сцену.
В июле 1998 года во Владивостоке состоялся знаменитый концерт на водной станции ТОФ, где выступали прогремевшие на всю страну «МТ» и местные группы.

Вспоминает Сергей Соловьев:

– Я стоял на концерте в первых рядах и видел, как яхта причалила к берегу, как с нее выбегали музыканты, стойку с телевизорами. Все было потрясающе. Каждый, кто был на этом концерте, думаю, считал его одним из самых важных событий в своей жизни. А потом искал себя в клипе.
Почему успех «Мумий Тролля» не удалось повторить другим местным музыкантам
После выхода первого студийного альбома «МТ» во Владивостоке появилось радио NewWave, на котором по определению Кушнира, крутили песни таких же «странных и колючих музыкантов». Многие из них воодушевились примером банды Ильи Лагутенко и готовились покорять музыкальный Олимп. Однако этого не случилось.

– Тогда казалось, что вот оно – двери в мир большой музыки открылись, ведь у нас есть свое радио и своя группа, сейчас мы все рванем. Но это была иллюзия, идиллический максимализм, продлившийся года два. Потом стало понятно, что московский музыкальный бизнес не пустит к себе второго «Мумий Тролля» не из Приморья, ни откуда-то еще, – говорит Сергей Соловьев.

Причинами того, что у других владивостокских групп пробиться в большой музыкальный бизнес не получилось, Роман Самоваров считает неудачный момент и кризис.

Успех «Мумий Тролля», с одной стороны, можно объяснить счастливым стечением обстоятельств, с другой – нельзя отрицать талант Лагутенко, объединенный с продюсерским талантом Бурлакова. Но все же такие вещи происходят раз в жизни. Несомненно, пример «МТ» послужил толчком для развития владивостокской музыки и местной сцены.
Роман Самоваров
сооснователь CD-Land и друг группы
Мы пытались продолжать работать в этом направлении. Например, группа «Туманный стон», которая на момент раскрутки «Мумий Тролля» в городе была популярней, в 1998 году тоже отправилась в Лондон, чтобы записывать альбом «Зорро». Были вложены немыслимо большие по тем временам деньги, сняли клип, выпустили альбом, но что-то не сложилось. Да, в определенных кругах группа была известной, но на всю страну не «выстрелила». Момент стал неудачным, еще и кризис грянул.
Манифест новой волны
По словам Севы Новгородцева, волну успеха группы запустили молодые представительницы прекрасного пола:

– Все новое никогда сразу не завоевывает успех. Музыки такой раньше не было, стихов таких не писали, таким мяукающим голосом никто не завлекал, и поэтому потребовалось некоторое время, чтобы «Мумий Тролля» раскусили. Раскусили группу, прежде всего, люди, не отягощенные никаким эстетическим багажом – юные девушки. Они воспринимают жизнь исключительно интуицией, поскольку их природа наделила этим свойством в большой степени. Они в первую очередь и почувствовали «Мумий Тролля» и Илью.

Поэт – это существо, которое высказывает невысказанное, какие-то вихреобразные мысли людей. Илье удалось ухватить молодежный дух 1990-х годов. Юные создания входили в жизнь, а у них не было своего фольклора, своей песенной программы, и никто не мог за них ничего сказать. «Мумий Тролль» это все сказал – наиболее выпукло, неформально, немножко по-хулигански, по-рокопопсовски. Это было то, что никакой комитет, никакие критики, никакие образованные в консерватории и литературных институтах люди не смогли бы сделать. Он сумел из воздуха, из облаков некую суть человеческую сконденсировать и выдать в простой, короткой и очень понятной форме, которой является поп-музыка.
Рок-журналист и музыкальный критик Артемий Троицкий вспоминает, что «МТ» знал еще до МОРСКОЙ, с 1990 года по «Аллоу, попс!». Первый студийный альбом группы он называет манифестом новой волны.

– МОРСКАЯ культурным шоком для меня не стала. Альбом я получил от Бурлакова, запись мне очень понравилась, и я захотел его выпустить на своем лейбле, но опоздал.
Работа была очень свежая и непохожая на «русский рок» – скорее, брит-поп. Больше всего мне понравились голос Ильи Лагутенко и смешные, абсурдистские тексты, из песен – «Забавы» и «Утекай».

Альбом очень важный – фактически, манифест нашей новой волны 1990-х: пост-модерн, ирония, легкость. Изредка я его слушаю до сих пор. И я счастлив, что «Мумий Тролль» не остановились в своем развитии, как большинство групп. Каждая их новая работа содержит сюрпризы. Уникальная группа!

Еще в 1990 году "Муми-Тролль" привлек внимание критика
Статья из книги Артемия Троицкого про рок-музыку в СССР
Журналист, писатель, соавтор повести «Владивосток 3000» Василий Авченко говорит, что альбом МОРСКАЯ нес новое звучание и эстетику: «Просто не все сразу поняли, в какую нишу записать «Мумий Тролль»: был западный рок, был русский рок вроде ДДТ или БГ. А «МТ» отличались ото всех, и это было здорово».
Книга "Владивосток 3000" Ильи Лагутенко и Василия Авченко (ИА PrimaMedia)
Мы с Ильей познакомились, когда я еще был ректором ДВФУ и пригласил его прочитать лекцию для студентов в рамках нового формата «Истории успеха». Он умный и открытый человек, с ним очень приятно общаться. Это было интересное сотрудничество. Кстати, Илья – выпускник ДВГУ, восточного факультета. И он гордится своими корнями.
Владимир Миклушевский
губернатор Приморского края
В каждый его приезд во Владивосток мы встречаемся, я бываю на концертах группы. Мне нравятся многие их песни: конечно же, «Владивосток-2000», «Дельфины», «Невеста» и другие. «Мумий Тролль» – это группа, которой гордятся приморцы и которую знает вся страна. Во многом благодаря песне Лагутенко «Владивосток 2000» наш город победил в конкурсе на изображение новой российской банкноты в две тысячи рублей. Благодаря этому хиту новая купюра ассоциируется прежде всего именно с Владивостоком. И эта песня, и эта купюра очень символичны для нашего края.
P.S.
Сергей Соловьев:

– Могу похвастать, что моим настоящим учителем игры на гитаре стал Юра Цалер (гитарист «МТ» с 1997 по 2013 годы – прим. ред.), чем и обусловлено мое единичное появление на одной сцене с «Мумий Тролль». Как-то перед концертом в 2013 году случился форс-мажор, и я подменил Юру. Не очень удачно, честно признаюсь – группа играла новый альбом, а этот материал я не знал. Но репертуар экстренно поменялся и в итоге состоял в основном из песен МОРСКОЙ. Так что свою МОРСКУЮ я сыграл, наверное, даже несколько глубже, чем любой из поклонников группы.

Леонид Бурлаков:

– Реальная, не гламурная история восхождения «МТ», заслуживает хорошей толстой книжки и обязательной экранизации. Ориентиром, чтобы прочувствовать то время, мог бы послужить фильм ирландского режиссера Джона Карни «Синг Стрит». Когда смотрел его в первый раз, сердце замирало: как будто кто-то слетал на машине времени и снял нашу школьную группу.
«Я скажу коротко: бронзовый бюст на Родине героя»! — Сева Новгородцев про Илью Лагутенко.
ИА PrimaMedia благодарит всех задействованных в тексте людей за личные беседы.
© 2017, ИА PrimaMedia
Made on
Tilda